Показать сообщение отдельно
Старый 09.10.2013, 20:42   #5
Balandinski
продвинутый мзунгу
 
Регистрация: 09.10.2013
Адрес: Москва
Сообщений: 38
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 4 раз(а) в 3 сообщениях
Репутация: 14
По умолчанию

Сегодня - 8 марта, особо почитаемый в Эритрее день. На обратном пути в Асмэру мы планировали заехать в одну из деревень народа билен, который живет вокруг Кэрена. Но деревни обезлюдели: все женщины ушли в «райцентр» на празднование Международного женского дня. Мы как раз проезжали мимо него и, заслышав пение, остановились. Женщины билен пели и танцевали в импровизированном танцполе, сделанном из тростниковых циновок; вокруг толпились дети. Нас пригласили отобедать «чем Бог послал», а послал Бог в тот день изумительный кофе с кардамоном и отвратительную инжеру с мясными субпродуктами, вызывающую рвотный рефлекс. Ради справедливости надо заметить, что дело не в мясе, а в самой инжере: для изготовления этой «самоотрывной» лепешки нужна кислая закваска, а вот на основе чего эта закваска делается - зависит уже от вкусов хозяйки. Разумеется, в городском ресторане инжера пахнет так, как полагается и кислит в меру, в деревенских условиях пахнет не тем, что Бог послал, а тем, что ему негоже.

Билен - народ малочисленный, составляющий только 2% от чтыврехмиллионного населения Эритреи. Это кушиты, выходцы из Судана и пря??е потомки кочевников беджа, как и живущие дальше на севере гедареб. Живут в Эритрее и чистые негроиды-нилоты, такие, как кунама и нара, но они не играли особой роли в политической истории Эритреи. Живут в Эритрее и чистокровные арабы - кочевники рашайда недалеко от Массавы. В отличие от билен, их женщины как правило всегда закрывают лица, при этом и билен, и рашайда очень любят золотые блямбы в носу, как и билен. Раньше кушиты Эритреи любили наносить на щеки вертикальные шрамы, по три на каждую, за что их итальянцы прозвали «111”. Сейчас такие «татуировки» встречаются все реже и реже.

Кстати говоря, очень многие эритрейцы старшего поколения хотя бы отчасти владеют итальянским. Наш водитель говорил на смеси английского и итальянского. Отношение к русским и СССР двойственное. С одной стороны, как сказал один паренек в Кэрене - «Добро пожаловать в Эритрею, пушкинистскую страну!» ( Welcome to Eritrea - Pushkinist Country!”. С другой стороны, в национальном музее в Асмэре висит картина, на которой в священную и многострадальную землю Эритреи врезается бомба с надписью USSR. Но, по большому счету, элементарный и циничный прагматизм всё равно берет своё, и старые обиды неизбежно забываются. Наши отношения с Эритреей сейчас складываются по принципу «хочу, но не могу». Валюты в Эритрее не хватает, кроме шкур животных и соли на экспорт она мало что может предложить. Про туризм лучше вообще помолчать, как о покойнике. Для того, чтобы его развивать, чтобы облагораживать прибрежную полосу, нужны громадные деньги, а их прекрасной «Африканской золушке» в ближайшем будущем никто не даст… Если только в Египте ко власти не приидут исламисты и люди доброй воли не начнут дружно искать альтернативного Красного моря… куда мы движемся в следующей серии нашего путешествия!

Дорога к морю в Эритрее - всегда захватывающее мероприятие. Самая населенная, плодородная и благоприятная по климату часть Эритреи находится на высоте 2000-2300, на нескольких плато, составляющих часть Эфиопского нагорья. На востоке эритрейские горы спускаются к Красному морю, на юге они «ныряют» в Данакильскую впадину, лежащую ниже уровня моря и являющуюся частью Великого Африканского разлома. Эфиопское… пардон, «Эритрейское» (так политкорректнее) нагорье соединяется с Красным морем серпантинными дорогами. Одна из них начинается в Асмэре и проходит через Филфил. Эта дорога сама по себе - настоящий шедевр. Эритрейцы гордятся тем, что этот умопомрачительный серпантин построили они сами, а не итальянцы или китайцы. Другая, повторяющая путь железной дороги, более коротка и проходит через Нефасит. В Нефасите заканчивается 26-километровый экскурсионный маршрут на ретро-поезде, который катает туристов из Асмэры по итальянской железной дороге, которая совершенно справедливо может считаться техническим чудом, как Транссиб. Множество мостов и виадуков, сложнейшие участки, живописные захватывающие виды из вагона поезда - всё это можно увидеть, заплатив 70 долларов с человека (при наличии полноценной группы; чартерная поездка стоит на круг около 600 долларов). Впрочем, путешествие на машине дарит такие же ощущения и виды.

Область вокруг Филфила - сплошной зеленый пояс. Эритрейские нагорья «внутри» - это довольно засушливые холмистые равнины со скудной растительностью. Желтые холмы и скалы украшают алоэ, шикарные канделябры молочаев и кактусы. Филфил - это глубокие ущелья, поросшие кустарником и лесом, это туманы, это свежий воздух, наполненный ароматом трав и цветов. Влага, приходящая с Красного Моря, задерживается горами. На высоте 1000-1500 метров уже начинаешь ощущать себя с тропиках. И понимаешь, почему так трудно было эфиопам бороться с эритрейцами среди всей этой «зелёнки».

Массауа окутана уже не прохладным туманом, как Филфил, а влажной духотой. Гостиница «Красное море» расположена на острове Таулуд, соединенном с «материком» и с собственно островом Массауа (старым городом) дамбами, построенными еще при египетской администрации (1848-1885 гг.), а в наше время расширенными китайскими партнерами Эритреи.

Пляжа у отеля нет, бассейн давно не использовался. Да в Массаве никто и не собирается отдыхать - порт как-никак. Когда-то с Средние века Массауа была крупнейшим портом Красного моря. С 1885 году Массауа становится де-факто итальянским портом, а после юридического образования колонии Эритрея - её столицей до 1897 года. Однако впоследствии для Эфиопии важнее был порт Асэб, который ближе к Аддис-Абебе, Массауа обслуживала в основном Асмэру. Впрочем, эритрейские партизаны практически постоянно держали под обстрелом дорогу между Асмэрой и Массавой, так что радости эфиопам от наличия такого глубоководного порта было мало.

Сразу за отелем - напоминание о тех лихих годах. На постаменте с фонтанами и круглыми фонарями - композиция из танков Т-62, частично покореженных. Это одни из тех более чем двухсот танков, «взятых в плен» эритрейскими повстанцами в 1970-80-х годах. Изначально, в 1961 году, борьба велась несколькими десятками человек, укравшими оружие в полицейских участках. К 1990 году общее количество повстанцев приблизилось к 50000. И вооружены они были на уровне самых профессиональных армий. Сначала, при Хайле Селассие, друге Америки и Израиля, эритрейским повстанцам помогали Судан, арабские страны, прежде всего Народно-Демократическая Республика Йемен, Ливия, СССР, Куба и Чехословакия. Арабы помогали, так как считали повстанцев прежде всего мусульманами (хотя там было мусульман чуть больше половины). Потом, после 1974 года, СССР и Куба стали помогать Эфиопии, хотя в первые годы эфиопского строительства социализма, в Эфиопии оставались еще военные инструкторы из Израиля, помогавшие эксплуатировать танки и военную технику из Израиля и США. Это один из парадоксов, но интересы Израиля и СССР в Эфиопии совпадали, пусть и непродолжительное время. Войска Хайле Селассие использовали ту же тактику, что и американцы во Вьетнаме - ковровые бомбардировки, напалм, переселение целых деревень в специальные зоны. Эритрейские же повстанцы могли вести как классически фронтовую, так и «рассеянно-партизанскую» войну. Их успехи в 1973-74 годах как раз привели к тому разочарованию в эфиопской армии (две трети которой находилось в Эритрее), которое и подвигло военных на свержение Эхвиопскаго Царя. Потери эритрейцев и эфиопов соотносились как 1 к 8, то есть похлеще, чем у СССР и Германии во Вторую мировую войну. Такое же соотношение сохранялось и после того, как Эфиопии стал помогать СССР с 1978 года. Эритрейцы сбивали самолеты и вертолеты, уничтожали склады горючего и боеприпасов; бывали удачные рейды на аэродромы, когда из гранатометов уничтожались десятки самолетов. Говорят, во время одного из таких рейдов на аэродром близ Асмэры в 1982 году был ранен сам товарищ Менгисту Хайле Мариам. Наши военные специалисты оказались в фактической осаде в крупных городах. Тем не менее, в 1978 году было предпринято масштабное наступление на повстанцев, в после которого они предприняли “стратегическое отступление» на север Эритреи, в Накфу, ставшую центром сопротивления на все последующие годы (теперь так называется эритрейская денежная единица). В 1986 году ситуация окончательно переломилась в пользу Эритрейцев.

А в феврале 1990 года они предприняли блестящую операцию по взятию Массавы: танковая колонна Народного Фронта Освобождения Эритреи направилась к дамбе, соединявшей Массаву к материком, в то время как с моря на острова набросились повстанцы на быстроходных катерах. Эфиопы долго не сопротивлялись; им надоела уже долгая осада города, да и разочарование их командованием и режимом Менгисту было слишком велико. Массауа стала самой большой потерей для Эфиопии за 29 лет боев с партизанами. Год с небольшим спустя без боя пала Асмэра…
Balandinski вне форума   Ответить с цитированием